Еврейское население в юго-западных районах Брянщины, включая Злынку, складывалось в дореволюционный и раннесоветский периоды как часть городской среды: люди жили рядом с другими жителями, работали в ремесле и торговле, создавали семейный уклад и общинные связи.

Во время немецкой оккупации нацистская политика преследования евреев была быстро перенесена и на Злынку. На территории области действовали гетто, и среди крупнейших в Брянской области источники называют в том числе гетто в Злынке.

Гетто стало местом принудительного содержания: людей сводили в ограниченное пространство, лишали права свободно передвигаться, отбирали имущество и принуждали к работам. В подобных условиях разрушались семьи, исчезала привычная жизнь, а страх и унижение становились ежедневной реальностью. Дальнейшая логика нацистского «окончательного решения» была неизменной: гетто в регионе ликвидировали в короткие сроки, а узников убивали.

Память о злынковских евреях, переживших оккупацию и не переживших её, сохраняется прежде всего через свидетельства, местные инициативы и мемориальные практики: назвать погибших поимённо, обозначить места преступлений, вернуть человеческое достоинство тем, кого пытались превратить в безымянную «массу». Эта память важна не только для потомков, но и для самого города — как честный разговор о том, что случилось с его жителями.